Песня группы Ночные снайперы висела в воздухе на втором плане, на первом висел дым сигарет. Что-то сегодня надломилось, точнее вчера, он пуст, совершенно пуст внутри. Смотрит в зеркало-на лице маска. Пальцы, обтянутые черной перчаткой, ощупывают белоснежную её поверхность, рисунок улыбающихся губ, медленно стягивают её вниз. Сероватое полотно кожи, глаза, которые не видит никто, совершенно пустые, без лучиков прежнего солнца, узкая полоса губ, более похожая на разрез на лице. О, Боже, как давно он не видел лица... своего, не маски... " ААААААААААААААААА!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!"-хриплый крик- "ААААААААААААААААААААА!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!" Маска летит в зеркало, мелкие осколки тут же взметаются в стороны, словно серебряный дождь, слегка режа плоть, крупные же оседают в раме, накреняются, падают на пол, рассыпаясь в пепел. Ему хочется орать во всю глотку так, чтобы в горле запершило. Он хватаешь тетрадь со свежими набросками, рвет в клочья, раскидывая по полу белые ошметки мыслей. Рукавом сбрасывает со стола стопку книг, на верхушке которой царит томик Ахматовой. Тяжело дыша, оглядывается затуманенными глазами в поисках "Чего бы ещё сломать, разрушить?!..." Как специально, проигрыватель выдает песню о гребанных чувствах, ненастоящей любви. Кричать сил уже нет, он просто смеряет системный блок ненавидящим взглядом, в надежде прожечь. Потом идет на кухню. Нет, свет включать не надо. Стоя у подоконника, глядит на заснеженную улицу, выпуская струйки сизого дыма. В стекле отражение, взлохмаченное, с ненормальными, горящими глазами. Тяжелый вздох. Холод пальцев на висках... Он понимает, что надо быть спокойным, поэтому тушит сигарету, наливает кофе и идет убирать кавардак, надеясь, что стоит всего-лишь выспаться... А ещё он понимает, что сложно снимать маску, даже оставаясь один на один с самим собой. Сука-жизнь.